Фото из открытых источников

Сегодня, когда в Хакасии будет ровно двенадцать часов дня, в южнокорейской городе Пхенчхан, принимающем Олимпийские Игры-2018, начнет свою работу выездная панель швейцарского Спортивного арбитражного суда (CAS). На этом заседании будет рассмотрен вопрос об обнаружении в организме бронзового призера Игр керлингиста Александра Крушельницкого допинга – мельдония. Суду предстоит решить, как наказать спортсмена – просто лишить медали, передав ее бывшим соперникам по матчу, или же еще и дисквалифицировать Крушельницкого на какое-то время (предполагаемый срок дисквалификации составляет от 15 месяцев до четырех лет). Сам спортсмен уже заявил, что не видит смысла приезжать на суд над собой – вероятно, защищать его в Пхенчхане будут лишь российские спортивные юристы.

Кроме того, накануне пресс-секретарь Федерации керлинга России Валентина Паринова уже заявила, что Александр Крушельницкий и Анастасия Брызгалова добровольно вернут в распоряжение МОК бронзовые медали, завоеванные ими на Олимпиаде. Ничего, как говорится, не поделаешь.. Тем временем в российском обществе Крушельницкого и Брызгалову в большинстве своем жалеют, сетуя на то, что какая-то дикая, трагическая случайность смогла так круто поменять их спортивную судьбу.

Есть, конечно, и озлобленные выкрики, но массового характера они все-таки не носят.

Тем временем юрист Артем Пацев оценил шансы российского керлингиста Александра Крушельницкого: «Отъем медали оспорить было можно, но шансов на это — минус бесконечность. Тут работает, во-первых, принцип «спортсмен за все в ответе» — даже если он принимал биодобавку, о «загрязненности» которой он не мог знать. Во-вторых, принцип обеспечения level playing field. Если в соревновательной пробе спортсмена обнаруживается запрещенное вещество, то предполагается, что оно улучшило его результат. А значит, нечестно его результат оставлять, имея в виду других спортсменов — не соревновавшихся со следами запрещенного вещества в организме» .