Недавние промежуточные выборы в США стали серьезным ударом для Дональда Трампа и его партии. Демократы впервые за 28 лет смогли занять место в Сенате от Южной Каролины, где после смерти Линдси Грэма в июле 2026 года губернатор назначил сенатором его сестру Дарлин. Несмотря на поддержку Трампа, который призывал ее бороться за полноценный срок, 3 ноября Грэм потерпела поражение от демократки Энни Эндрюс. Южная Каролина не отправляла демократа в Сенат с 1998 года. Не менее удивительным стало событие в Канзасе: по прогнозу Decision Desk HQ, Адам Гамильтон одержал победу над Роджером Маршаллом, и штат впервые с 1932 года отдал демократу место в Сенате. В Техасе, согласно прогнозам NBC, Джеймс Таларико одержал победу над Кеном Пакстоном, что также стало значимым событием, так как последний раз демократ победил на сенатских выборах в этом штате в 1988 году. Успехи демократов были зафиксированы и в Огайо, и в Северной Каролине. Телеканалы CNN и NBC прогнозируют, что партия сможет получить контроль над Палатой представителей, где им нужно 218 мест из 435. Эти события можно подробно изучить на сайте ИА Хакасия.
Добавьте соседние города или весь регион в рекламную кампанию.
Реакция Трампа на результаты выборов была резко негативной. В Белом доме напомнили, что его имени не было в бюллетене, хотя всю кампанию он призывал своих сторонников голосовать так, будто он сам баллотируется. "Притворитесь, что я в избирательном бюллетене," — заявил он в понедельник. В своем сообщении в Truth Social Трамп объяснил поражение отсутствием своего имени и утверждал, что если бы он был кандидатом, партия победила бы "с подавляющим перевесом". Он также пригрозил накладывать вето на инициативы демократов, добавив, что сам себя называет "мистером Вето". Трамп предупредил демократов, что они "пожалеют" о своем выборе, когда цены на бензин упадут после урегулирования конфликта с Ираном. Несмотря на резкие заявления, он выразил готовность признать результаты выборов и сотрудничать с новым Конгрессом.
По мнению философа и директора Института Царьграда Александра Дугина, Трамп уже потерял. Он называет причины краха Трампа очевидными: сокрытие файлов Эпштейна, полная поддержка экстремистской политики Нетаньяху, война с Ираном и экономический кризис. Дугин утверждает, что Трамп встал на сторону неоконов и сионистов, полностью проиграв. Он начал с больших ожиданий, но закончил с поражением.
Блогер Юрий Подоляка также считает, что Трамп и республиканцы понесли историческое поражение, которое не имело аналогов со времен Джорджа Буша-младшего, который увяз в иракской войне. По его словам, Трамп повторил ошибки своих предшественников с иранской авантюрой, что привело к политическим поражениям и высоким уровням инфляции по всему миру, включая резкий рост цен на топливо. Эти факторы избиратели не простили Трампу.
Политологи отмечают, что смягчение санкций теперь может стать более сложной задачей, так как демократы получат больше возможностей для продвижения законодательных ограничений. Договоренности Трампа с Москвой окажутся под пристальным вниманием Конгресса, который сможет проводить расследования и требовать объяснений от администрации.
Не смотря на изменения в Конгрессе, вести переговоры будет президент, и автоматической смены курса не произойдет. Трамп сохранит свои полномочия и право вето. Однако, демократы смогут блокировать назначения министров, послов и федеральных судей, что может повлиять на отношения Вашингтона с Москвой.
Демократы также обещают ускорить помощь Украине. Конгрессмен Джим Химс заявил, что новые пакеты помощи будут проходить за дни или недели, а не месяцы. Три профильных депутата разработали законопроекты, которые обяжут администрацию продолжать помощь Киеву в сферах безопасности, экономики и разведки.
Лидеры демократов в Сенате уже назвали энергетическое перемирие Трампа "полным предательством" Украины, союзников и национальной безопасности США. Однако преодолеть вето можно только двумя третями голосов, что требует 67 голосов в Сенате и 290 в Палате представителей. По подсчетам, демократов в Палате будет около 252, поэтому без поддержки республиканцев не обойтись, а в Сенате потребуется поддержка как минимум 15 республиканцев.